|
|
Тула и Самара: протестантская этика и политика власти
|
Религиозные меньшинства в России с некоторых пор привыкли жить под сенью идеи существования основных «традиционных» религий, которых поддерживают власти. Однако сама по себе традиционность православия или ислама в глазах государства не вызывает никакого отторжения у самого крупного христианского меньшинства – протестантов. Большинство баптистских или пятидесятнических пасторов выказывают уважение к традиционным религиям и их лидерам, и лишь часть евангельских служителей с критично относится ко всемерной поддержке, которую чиновники оказывают Русской православной церкви.
Протестанты отличаются от других религиозных меньшинств и от самого православия тем, что евангельская этика требует свободы для миссионерской и социальной деятельности в рамках светского демократического государства. На практике ценность это свободы оказывается залогом развития самой протестантской общины. В связи с этим баптисты и евангелисты остро реагируют на тех, кто нарушает правила поведения в свободном обществе, какой бы статус этот нарушитель не носил – государственный или просто статус «традиционной религии».
В 2007 году в двух российских областях представители протестантских объединений выступили с беспрецедентными заявлениями, попытавшись скорректировать религиозную политику местных властей и местной епархии РПЦ МП.
События в Туле показали всю противоречивость современной позиции власти в сфере взаимоотношений с верующими. 2 августа 2007 года в администрации Тульской области состоялось совещание «О состоянии межнациональных и конфессиональных отношений в Тульской области и мерах по предотвращению экстремистских проявлений и фактов межнациональной нетерпимости и розни». Его провел губернатор Тульской области Вячеслав Дудка. Он отметил, что «Зарегистрированные в области протестантские церкви насчитывают 33 общины, которые в своей деятельности исходят из преамбулы закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», декларирующей уважение к христианству». Однако губернатор сразу оговорился, что «в последнее десятилетие численно возросла и значительно активизировалась деятельность религиозных формирований протестантского толка, управляющие центры которых находятся за рубежом. Основной задачей религиозных функционеров является расширение своего влияния, пополнение общин и вовлечение новых адептов. Все это проводится под прикрытием благотворительных акций в исправительных и детских учреждениях, центрах социальной помощи, школах-интернатах». Какие организации имел в виду губернатор Дудка осталось неизвестным. На лентах информационных агентств также появилась информация о том, что губернатор Дудка на этом совещании также заявил, что в составе одной миссионерской группы в Тульской области находится кадровый сотрудник военной разведки США. Были приведены следующие слова Дудки, затем подхваченные прессой: «появление в области новых религиозных движений — групп свидетелей Иеговы и мормонов — является результатом религиозной экспансии Соединенных Штатов Америки… О внимании к данной проблеме и непосредственном участии в реализации религиозных программ в России иностранных спецслужб говорит факт нахождения в области в составе одной миссионерской группы кадрового сотрудника военной разведки США».
Заявления губернатора вызвали серию публикаций в прессе и привели к конфликту протестантских церквей с Миссионерским отделом епархии. Дело в том, что пресс-секретарь Миссионерского отдела тульской епархии РПЦ МП Валерий Отставных сообщил, что епархию заявления губернатора не удивили, так как епархия уже много лет говорит о «деструктивном воздействии тоталитарных сект и культов не только на личность и общество, но и на государство». Потенциальных «шпионов» также назвал сотрудник миссионерского отдела Тульской епархии РПЦ МП Алексей Ярасов (Кто заманивает туляков в секты? // Газета «Слобода», 22-29 августа 2007 года). Среди «самых опасных сект Тулы» Алексей Ярасов назвал пятидесятнические церкви «Слово жизни», «Святая Троица», «Тульский христианский центр», «Вефиль». Представитель епархии также добавил: «Они называют себя христианами и протестантами. Это неправда». Одновременно, Ярасов написал статью «Волки в овечьих шкурах», опубликованную в «русской патриотической» газетой «Засечный Рубеж» (№ 44, октябрь 2007 года), где приводятся свидетельства пациентки психиатрической больницы, якобы бывшей в одной из церквей Тулы и практиковавшей «говорение на иных языках».
Представитель администрации Тульской области консультант Отдела по историко-культурному наследию департамента культуры Тульской области Юрий Лончаков занял более гибкую по отношению к протестантам позицию. Он заявил о том, что власти не раз пытались убедить сотрудников Миссионерского отдела Тульской епархии РПЦ МП действовать в соответствии с законом и не вести себя некорректным образом по отношению к другим церквям на страницах тульской прессы и в электронных СМИ. Официальная позиция областных властей, по словам Лончакова, строится с учетом Конституции РФ и российского законодательства. Исходя из этого, администрация благожелательно относится к деятельности протестантских церквей в области и никаких ущемлений деятельности евангельских общин нет, подчеркнул Лончаков. В управе города Тулы, по словам представителя власти, у специалиста по религиозным организациям в мэрии такая же позиция. У чиновников нет предубеждения по отношению к протестантам и власть не старается препятствовать существованию их церквей, тем более, что многих пасторов, отметил Лончаков, он знает и уважает. В частности, хорошие отношения сложились у администрации с адвентистами седьмого дня и с Заокской Духовной Академией. В конференциях, которые Академия проводит ежегодно, представители власти всегда участвуют. У главы администрации Заокского района также хорошие отношения с адвентистами. По словам представителя администрации, до сих пор в области была хорошая стабильная обстановка.
К сожалению, как заметил Юрий Лончаков, у Миссионерского отдела Тульской епархии своя позиция по этому поводу, его сотрудники отрицательно относятся к протестантским церквям, им нельзя этого запретить и примирить их с инославными тяжело. Впрочем, по мнению Лончакова, такая позиция прослеживается и на верхнем церковном уровне. Попытки убедить сотрудников Миссионерского отдела епархии вести себя в рамках закона, все увещевания, не привели ни к какому результату. Администрация хотела провести круглый стол с участием всех конфессий, но из-за позиции епархии этого сделать не удалось. По словам Лончакова, «позиция епархии – это ругань».
Целый ряд служителей протестантских церквей, в том числе Александр Рожков, Михаил Андриевский, Александр Караваев осудили публикации Миссионерского отдела Тульской епархии РПЦ МП и призвали Алексея Ярасова к покаянию. Пасторы отметили, что представители епархии уже многие годы распространяют листовки, печатают статьи и устраивают акции против показа фильма «Иисус», проекта «Надежда есть» и т.д. Глава Миссионерского отдела епархии отец Олег Кузьминов и сотрудник отдела Валерий Отставных выступают в качество членов областной Общественной палаты, а организатором и участником антисектантских акций является депутат Думы от «Справедливой России» бывший адвентист Олег Сенин. В сентябре лидеры евангельских церквей создали Содружество протестантских церквей области для представлениях своих интересов и защиты прав церквей, куда вошло более 30 общин баптистов, пятидесятников, харизматов, адвентистов, евангельских христиан и пресвитериан.
Как отмечал пастор Александр Караваев, «У нас не было требований или ожидания того, чтобы нас заметили и уделили какие-либо почести. Таких желаний нет у нас и в настоящее время. Однако все эти публикации и заявления явно ущемляют наши права и препятствуют проповеди Слова Божьего. Оскорбительные антисектантские заявления настраивают против нас широкую общественность, чтобы люди негативно относились к различным протестантским движениям. На совещании у губернатора также наверняка была выработана резолюция о том, как действовать. За словами главы области также последовали действия против нас на местном уровне. И это довольно заметно. Мы столкнулись с непреодолимыми трудностями при подготовке ежегодной региональной конференции протестантских церквей Тульской области. Мы не можем найти помещение в Туле, и все, отказывая нам в аренде, ссылаются на негласные указания и заявление губернатора… Мы не нуждаемся в том, чтобы нас превозносили или почитали. Наша гражданская позиция – каждый человек сотворен Богом и вправе выбирать, как ему верить и жить. Мы не пытаемся как-то себя выделить и сказать, что мы хорошие, а они плохие. Просто человек и гражданин должен быть свободен в исповедании своей веры. Необязательно нас принимать в православие, но бессмысленные обвинения «сектоведов» в адрес христианских церквей ущемляют наши права. Получается, что неправославные христиане страдают от несправедливости. Тогда как мы так же, как и православные, живем в этой стране, мы не равнодушны к нашей родине и к ее будущему».
Выступления протестантских деятелей заставили и сотрудника Миссионерского отдела Алексея Ярасова обратиться к Конституции. В своем письме Ярасов отмечает: В связи с целым рядом публикаций представителей «протестантских» религиозных организаций Тульской области, касающихся моей деятельности, хочу сообщить следующее. Моя информационно-просветительская деятельность не ставит своими целями оскорбление религиозных чувств верующих или нарушение их прав и не направлена на это. Право на осуществление мной названной деятельности закреплено частью 1 и 4 статьи 29 Конституции России, где сказано: каждому гарантируется свобода мысли и слова… каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Все мои публикации основываются на достоверных источниках, официальных документах и показаниях граждан. Авторы статей, в которых упоминается мое имя, в последнее время довольно часто прибегают к оскорблениям в мой адрес. Меня обвиняют в экстремизме, ксенофобии, лицемерии, двуличии, испорченности, бесстыдстве, профессиональном несоответствии. Именуют православным «боевиком», и этот список можно продолжить. Кроме того, лидер одной из тульских сект обвинил меня в нарушении Уголовного кодекса РФ (ст. 282). Хочу напомнить моим оппонентам, что в своих выступлениях они доходят до прямых оскорблений (унижение чести и достоинства) в мой адрес и клевете, что является уголовно наказуемым деянием (ст.129 и ст.130). Прибегая к подобным действиям тульские неопротестанты лишний раз указывают на отсутствие у них фактов, могущих послужить им в оправдание. Поэтому они переходят на личности. Желая дискредитировать своего оппонента, сектанты подобными действиями дискредитируют, прежде всего, себя. Ни с одним из представителей неопротестантских сект, публикующих нападки в мой адрес, я лично не знаком. Но, тем не менее, названные лица переходят на личности – оскорбляют меня и дают мне оскорбительные характеристики. Это, по меньшей мере, выглядит просто некрасиво».
В Самаре бурная реакция протестантов была также вызвана неосторожными высказываниями главы региона. В прошедшем году новый губернатор Самарской области Владимир Артяков практически сразу после своего вступления в должность проявил себя как сторонник защиты интересов православия и ограничения деятельности религиозных меньшинств. В частности, на заседании областного правительства 12 сентября 2007 года Артяков назвал баптистские церкви «структурами, которые приезжают с Запада». Заседание облправительства было посвящено плану мероприятий по духовно-нравственному образованию граждан на 2008-2012 годы, предусматривающий в том числе проведение конференций и лекций по основам православия в образовательных учреждениях региона. В ходе заседания Артяков отметил, что православная культура подразумевает не только религию, но также историю и культуру русского народа. «У нас сегодня нет основ духовно-нравственного воспитания! Зато есть структуры, которые приезжают с Запада. Их можно насчитать десятка три в регионе. Баптистские образования, новые религии, новые культуры. Что за этим следует? Наша молодежь бросается от наркомании к различным неформальным объединениям. И если мы не начнем с чего-то воспитание нашей молодежи, то мы вообще можем не достичь никаких высот», - сказал Артяков.
Во время этого же заседания уполномоченный по правам человека в Самарской области Ирина Скупова предложила провести проект мероприятий по духовно-нравственному образованию граждан через общественную экспертизу. Однако представители православного духовенства настаивали на том, что документ «согласован со всеми заинтересованными организациями». Мероприятия программы духовно-нравственного образования граждан включают в себя проведение семинаров и круглых столов, научно-практических конференций, форумов педагогического сообщества, в том числе богословские просветительские семинары для учителей. Из областного бюджета на реализацию мероприятий в течение пяти лет будет выделено около 20 млн. рублей.
С критикой позиции губернатора публично выступил заместитель председателя Российского Союза евангельских христиан-баптистов по Приволжскому региону, старший пресвитер Объединения ЕХБ по Самарской и Ульяновским областям Виктор Рягузов. По его словам, «программа духовно-нравственного образования, готовившаяся втайне от других конфессий, как мне кажется, была принята без детального обсуждения. А нужно было бы ради межконфессионального мира хотя бы для видимости пригласить инославных. Я не думаю, что у РПЦ нашлись бы серьезные конкуренты. Я сомневаюсь, что какие-нибудь госпрограммы помогут нашему обществу преобразиться угодным Богу образом» (Baptist.org.ru).
Виктор Рягузов противопоставил программе губернатора свои шесть тезисов:
1. Никакие программы не могут изменить людей, а только Бог: «Власти наши не знают, что только Святой Дух изменяет сердца, а не 20 миллионов рублей из карманов налогоплательщиков».
2. Государственная власть не может быть инициатором духовного пробуждения. Задача власти «наводить общественный порядок в стране, создавать справедливые законы, заботиться о самых обездоленных. Духовное пробуждение – задача духовных институтов, каковыми являются религиозные организации».
3. «Дореволюционный опыт православного воспитания страны, насколько мне известно, успешно провалился» - пишет пастор и ссылается при этом на выводы Лескова и Розанова, что «христианство на Руси еще не проповедано». «Если эта методология религиозного воспитания не оправдала себя в царские времена, как она оправдает себя сегодня, когда огромная часть молодежи развращена порнографией, пивом, криминалом? Разве в той программе что-то кардинально изменилось?»
4. Программы может привести к межконфессиональной напряженности, так как не учитывается мнение разных конфессий. Пастор приводит следующий пример: «Сын одного служителя нашей церкви попытался поспорить с учителем на уроке православной культуры и получил двойку. Мальчик ссылался на Писание, которого учительница не знала, и дабы пресечь инакомыслие, она влепила подростку двойку».
5. Не время тратить государственные деньги на оплату религиозных семинаров и конференций, когда столько много социальных проблем: «Очень многим людям не хватает лекарств, доступного жилья, денег на образование и отдых. Мы на первом месте в мире по числу самоубийств, абортов, алкоголизму. СМИ не стесняются доложить, сколько миллионов стоит депутатское кресло. Не знаю, будут ли правильно поняты на этом фоне сладкие речи о выдающейся роли церкви».
6. Пастор отмечает невежество властей в религиозных вопросах и в частности, в знании жизни евангельских христиан-баптистов: «Оказывается, мы приехали с Запада! И невдомек было спичрайтеру губернатора, что мы в России 140 лет, и не были завезены с Запада, что много полезного делаем для людей, что президент России в 2000 году наградил меня, орденом Дружбы».
Пастор также отметил негативную тенденцию в отношениях между государства к протестантам: «В начале перестройки власти приглашали на праздники представителей всех конфессий. Теперь живут по Есенину: «Не жалею, не зову, не плачу». Или негласные указания получены на сей счет, или были негласные советы духовных вождей. Мы не были избалованы вниманием чиновников, и забвение нас не задевает. Однако хотелось, чтобы дело не доходило до крайностей. Было бы лучше, если бы РПЦ стало действительно духовным лидером в стране, авторитет которого строился бы не на обилии земель и нефтяных скважин, не на симфонии светской и духовных властей, но на милосердной и смиренной любви. Ведь истинная церковь, как говаривали старообрядцы, не в бревнах, а в ребрах».
Тезисы баптистского пастора из Самары – яркий пример той общественно-политической программы, которой руководствуется большинство протестантских лидеров. Среди всех представителей религиозного мира протестанты являются уникальным движением, выступающим за неукоснительное соблюдение этики поведения в демократическом обществе. В России, где ценность терпимости к инаковерующим и к инаковерующим приходится постоянно доказывать, а несоблюдение правил и законов возведено в ранг национальной привычки, существование такого протестантского движения будет всегда заметно. Более того, это имеет и будет иметь историко-культурное значение, чем более уважение к правам и достоинству людей будут вытесняться из политики в повседневную жизнь людей. Как показывает опыт тульских и самарских евангельских церквей, протестанты предпочитают судить невзирая на лица, так как у подавляющего большинства из них чувство преклонения перед начальством притуплено.
Источник: Роман Лункин, Русское ревью Кестонского института
Ранее по теме:
На фото: Церковь ЕХБ г. Самары |
|
|
31 января, 2008
|
01 февраля, 2008
|
|
|
|
|
|
|
